Ким Джонс покидает пост креативного директора Dior

Коллаборация между люксовым брендом Louis Vuitton и уличным лейблом Supreme, вызвавшая в свое время огромный резонанс, стала поистине уникальным событием в мире моды. Инициатором этого, казалось бы, невероятного проекта выступил Ким Джонс, который на тот момент возглавлял мужское направление французского дома. Его вдохновением для осенне-зимней коллекции 2017 года стал Нью-Йорк, а Supreme, по мнению дизайнера, идеально олицетворял стиль его уличной молодежи. «Невозможно говорить о мужской моде Нью-Йорка, не упоминая Supreme — это настоящий глобальный феномен», — подчеркнул тогда Джонс. Он также признался, что питает особую симпатию к бренду еще с юности, когда подрабатывал, распаковывая коробки с культовым красно-белым логотипом для одного из лондонских магазинов.

Еще один громкий проект Ким Джонс (к тому времени уже совмещавший должность креативного директора мужского направления Dior с работой в Fendi) представил в сентябре 2021 года. Показ Fendace — совместной коллекции Fendi и Versace — произвел эффект разорвавшейся бомбы и стал одним из самых обсуждаемых событий миланской недели моды осень-зима 2022. «Два легендарных бренда создали уникальный модный момент, не имеющий аналогов в индустрии.

Во время своей работы в Louis Vuitton Ким Джонс активно сотрудничал с британскими художниками-концептуалистами Джейком и Диносом Чепменами. Сначала братья создали принты с мифическими животными для коллекции сумок, а затем их работы появились на одежде в осенне-зимней коллекции 2017 года. Став креативным директором мужского направления Dior, Джонс для своего первого показа привлек художника Брайана Донелли, известного как Kaws. Тот создал масштабную цветочную инсталляцию для декорации показа, а также разработал скульптуру для рекламной кампании. Позже они совместно выпустили капсульную коллекцию, которая была распродана буквально за минуту.

Для создания мужской коллекции pre-fall дизайнер пригласил японского художника Хадзимэ Сораяму, а летом 2019 года представил рекламную кампанию осенней коллекции, созданную совместно с панк-иллюстратором Реймондом Петтибоном. Затем инициативу перехватил Даниэль Аршам, который благодаря сотрудничеству с Джонсом стал одним из самых востребованных современных художников.

Последним арт-коллаборатором Dior стал Амоако Боафо, художник из Ганы, чья популярность взлетела после ярмарки Miami Art Basel 2019, где все его работы были распроданы в первый же час VIP-показа.

Сразу после прихода в Dior Homme Ким Джонс пригласил Юн Ан, создательницу японского бренда Ambush, для сотрудничества. Вместе с Джонсом Ан уже несколько сезонов разрабатывает украшения для Dior. Свой дебют в легендарном модном доме Джонес решил сделать знаковым, пригласив также Мэттью Уильямса, который создал пряжки для коллекции Dior, вдохновленные эстетикой его собственного бренда 1017 Alyx 9SM.

Но на этом Ким Джонс не остановился. Для коллекции Pre-Fall 2020 он объединился с Шоном Стусси, основателем культовой калифорнийской марки Stussy. К моменту предложения о сотрудничестве Стусси уже давно отошел от дел и не планировал возвращаться в мир высокой моды. Эта коллаборация стала особенно символичной, ведь именно Стусси стоял у истоков уличной моды, без которой не было бы и Supreme — бренда, с которым Джонс ранее создал свою знаменитую коллаборацию в Louis Vuitton.

Как и многие из нас, Ким Джонс увлечен коллекционированием, но делает это с особым энтузиазмом. Его коллекция кроссовок, например, насчитывает более 500 пар: часть из них хранится в его лондонской квартире, а другая — в его парижских рабочих апартаментах. Особое место в этой коллекции занимают редкие модели Nike. Дизайнер не раз сотрудничал с этим брендом, и результатом их совместной работы стали культовые кроссовки Air Jordan 1 с монограммой Dior.

Но кроссовки — это не единственная страсть Джонса. Он также увлечен коллекционированием архивных дизайнерских вещей, включая ранние работы Вивьен Вествуд, Жан-Поля Готье и Иссея Мияке. Кроме того, он ищет самодельные костюмы, созданные для театральных и авангардных представлений Ли Бауэри и других легенд андеграундного Лондона 1980-х.

Еще одной ценной частью его коллекции являются письма Дианы Вриланд, легендарного главного редактора Vogue, а также рисунки модного иллюстратора Антонио Лопеса. Все это делает коллекционирование Ким Джонса не просто увлечением, а настоящим отражением его глубокой страсти к моде и искусству.

Ким Джонс действительно производит впечатление невероятно приятного и добродушного человека, и, судя по всему, таким он и является. Один из самых трогательных примеров его щедрости связан с культовой коллаборацией Louis Vuitton и Supreme. Как признался сам Джонс, он не оставил себе ни одной вещи из этой коллекции — все раздарил друзьям. Последнее худи с монограммой он подарил Наоми Кэмпбелл, с улыбкой заметив: «Все равно на ней оно будет смотреться лучше».

Кроме того, Ким Джонс обладает удивительной способностью находить общий язык с самыми разными людьми. Даже с таким сложным, как принято считать, человеком, как Александр Маккуин, у него сложились теплые отношения. «Он был мне как старший брат, — вспоминал Джонс. — Мы катались на его машине и постоянно смеялись, хотя у него тогда даже прав не было!»

Он также с большой теплотой и благодарностью вспоминает тех, кто оказал на него значительное влияние. Через год после смерти Луиз Уилсон, руководителя магистратуры лондонского Saint Martin’s, где учился Джонс, он рассказал в интервью i-D: «Луиз заставила меня поверить в себя и понять, чем я хочу заниматься. Мы стали близкими друзьями после того, как я закончил учебу. Она была потрясающим слушателем и всегда могла дать мудрый совет». Эти детали лишь подчеркивают, насколько Ким Джонс открытый, искренний и благодарный человек.